Алексе́й Ве́дающий Эгре́горы (donnightman) wrote,
Алексе́й Ве́дающий Эгре́горы
donnightman

Categories:

Созерцание женской груди спасает мужчин от инфарктов!!!

580068_3
В Германии исследователи пришли к неожиданным выводам, что разглядывание женской груди мужчинам не только приятно, но и полезно для здоровья. Выяснилось, что мужчины, которые имеют возможность регулярно видеть обнаженную женскую грудь, значительно меньше подвержены риску инфаркта или инсульта, пишет DW-World.
К тому же, согласно данным медицинского эксперимента, опубликованным в журнале The New England Journal of Medicine, десятиминутное созерцание с лихвой заменит мужскому организму полчаса физической работы или занятий спортом.
Дело в том, что сексуальное возбуждение активизирует работу сердечно-сосудистой системы и увеличивает приток крови и, следовательно, кислорода ко всем тканям организма. Вследствие этого, риск инфаркта или инсульта уменьшается на 50%. Авторы публикации также установили, что благодаря регулярному созерцанию большой женской груди среднестатистический мужчина может увеличить продолжительность жизни на 4-5 лет.

Как женская грудь влияет на мужчин?
И на что же мужчины обращают свое внимание в первую очередь когда видят красивую женщину? Женская грудь наверно занимает первое место в списке, затем идут черты лица, фигура, ухоженность и остальные привлекательные качества. Хотя у каждого этот список может отличаться, но мы сейчас не об этом. И не зря женская грудь занимает первое место – доказано учеными. При виде красивой женской груди у мужчин повышается общий тонус организма, как утверждают ученые, десять минут такого созерцания заменяет тридцати минутное занятие аэробикой. В этот момент в организме выделяются гормоны и ускоряется метаболизм. Также разглядывание устраняет дисбаланс внутренних органов. Это как встряска для организма которая просто заставляет органы работать как часы, пусть ненадолго, но уже положительный эффект на лицо. Ученые также заметили что при таком возбуждении у мужчин улучшается и нормализуется сердцебиение и кровообращение.
Оказывается, что мужчины, которые чаще за день любуются красивой женской грудью, реже испытывают проблемы с сексом, меньше болеют сердечно-сосудистыми заболеваниями. Также у них улучшается сон и настроение на протяжении дня. Те, которые чаще за остальных останавливают свой взгляд на женской груди, считаются более жизнерадостными и как правило более оптимистичны. Отрицательного ученые здесь ничего найти не смогли.
А как же к этому относятся сами представительницы прекрасного пола? Тут женщины разделились на две категории: первые хотят как можно лучше подчеркнуть свои достоинства и скрыть недостатки все мы понимаем для чего, а вторые наоборот говорят что им не нравится когда кто-то пялиться на их грудь.
Вот вам утверждение тому что женская логика – это отсутствие логики. Большинство женщин все время как-то заботятся о своей груди, их очень волнует, как они выглядят, стараются подчеркнуть свою грудь различными нарядами, при этом есть женщины которым не очень нравится когда кто-то не отводит глаз от их груди.
Оставив всякие предположения, стоит отметить то, что ученые не дали четкого ответа, почему же мужчин привлекает женская грудь. Наверно, это находится в подсознании, здесь природа позаботилась о том, чтобы мужчины делали такого рода зарядку, нормализуя работу организма.

У нас в школе ещё в 1978году приходили с лекциями сексопатологи. Но такое даже в наше время встречается крайне редко. А жесточайшие требования о запретах чего либо обозначающего не мужскую половую принадлежность веками навязываются людям изврашенными сторонниками однополой любви.

images
Секс в Средние века
Согласно мнению церкви, любые сексуальные позиции, кроме той, когда мужчина был сверху («поза миссионера»), считались противоестественными и недопустимыми. Существовало опасение, что поза «женщина сверху» нарушит установленный баланс в отношениях мужчины и женщины, в которых главенствующая роль отводилась мужчине. Позу, когда мужчина был сзади, называли «скотской»; считалось, что она размывает границы между поведением животного и человека (Brundage, «Sex and Canon Law»).
Кроме того церковь активно осуждала оральный и анальный секс, хотя у этого неприятия была другая причина. Оральный и анальный секс рассматривались как нечто противоестественное не потому что выходили за установленные рамки, а потому что эти виды сексуального общения были предназначены прежде всего для получения удовольствия (что было грехом в глазах церкви), а не для продолжения рода.
В Средние века бытовало мнение, что дети, зачатые после сексуального контакта в неестественной позе, будут иметь врожденные физические дефекты. Об этом говорилось в известном трактате 13-го в. De Secretis Mulierum («Женские тайны»). Некоторые авторы также утверждали, что предпочтение той или иной сексуальной позиции зависит от расположения планет в момент рождения.
За секс в неестественной позе участники акта несли наказание. Например, за секс, во время которого женщина была сверху, накладывали трехлетнюю эпитимию. Точно также наказывали за оральный секс и за совокупление сзади (coitus a tergo), который вообще считался самым страшным грехом после анального секса.
Такое отношение к нестандартным позам сохранялось неизменным на протяжении всего Средневековья, однако некоторые прогрессивные богословы пробовали это оспорить. Например, Albertus Magnus считал приемлимыми 5 позиций: «позу миссионера», «бок-о-бок», секс сидя, секс стоя и секс сзади. Первая позиция была наиболее предпочтительной, а остальные он считал хоть и сомнительными с точки зрения нравственности, но все же не относящимися к смертельным грехам. Кроме того, он признавал, что в некоторых случаях (например, когда один из партнеров был слишком тучный) немиссионерские позиции не только допустимы, но и необходимы для продолжения рода.
Распространено мнение, что в позднеантичную эпоху произошел коренной перелом в теории и практике сексуальной жизни на Западе. На смену греко-латинской Античности, когда сексуальные отношения, плотские радости не вызывали общественного осуждения и процветала сексуальная свобода, приходит эпоха тотального осуждения сексуальной жизни и ее суровая регламентация. Главным творцом подобного переворота стало христианство...
... Святой апостол Павел определил в общих чертах схему, которая легла в основу иерархической классификации общества, исходящей из отношения членов этого общества к сексуальной жизни. На основании произвольной интерпретации притчи о сеятеле (Мф., XIII, 8, и Мр., IV, 8 и 20), чье зерно в зависимости от качества почвы, куда оно посеяно, приносит урожай в тридцать, в шестьдесят или во сто крат, Церковь станет определять «ценность» и «производительность» мужчин и женщин в зависимости от того, девственны они (virgines, девственные, производят во сто крат), или вдовые (continentes, вдовые, - в шестьдесят), или же состоят в браке (conjugati, супруги, — в тридцать раз). Эту иерархию, бытующую с IV в., сформулировал святой Амвросий: «Есть три формы целомудрия: брак, вдовство, девственность» (О вдовах, 4, 23).
Самой большой жертвой новой сексуальной этики стал институт брака (см.: Michel Sot. L'Histoire. Ор. cit. La genese du mariage chretien, pp. 60—65). Ибо хотя брак и считался наименьшим злом, тем не менее он всегда был отмечен грехом похоти, сопровождавшим половой акт. Современник Блаженного Августина, святой Иероним, обрушившийся с яростными нападками на брак в своем трактате Advenus Jovinianum (Против Иовиниана) (который в XII в. пользовался большим успехом, ибо служил для оправдания куртуазной любви, несовместимой с браком), опираясь на один из текстов Секста Эмпирика, философа, жившего двумя веками ранее, утверждает: «Слишком пылкую любовь к жене следует расценивать так же, как супружескую измену». Григорий Великий (590-604) в письме к святому Августину Кентерберийскому говорит о мерзости супружеского наслаждения: следовательно, супружеские половые отношения могут перерасти в блуд. В первой половине XII в. великий парижский теолог Гуго Сен-Викторский скажет: «Не бывает совокупления супругов без плотского желания [libido], зачатие детей не происходит безгреховно». В Средние века состоявшим в браке, равно как и занимавшимся торговлей, трудно было угодить Господу.

В средние века мужчины классифицировались в документах, как рыцари, купцы, крестьяне, и т.п. – профессионально, так сказать.
А вот женщины... Были либо девицы, либо жены, либо вдовы. И, разумеется, матери.
Монахи и монахини представляли собой как бы отдельную касту, находящуюся в значительном меньшинстве.
Таким образом, женщина уже в те времена рассматривалась с точки зрения секса.
И церковь, между прочим, вовсе не считала секс чем-то греховным, как это принято думать, грехом считалось отсутствие самоконтроля.

Питер Ломбардский, теолог тринадцатого века, рассуждал, что знаменитое изгнание Евы и Адама из рая вовсе не имело никакого отношения к тому, что они впали в «плотский грех»:
если бы первые люди не согрешили,то первый брак и сексуальный контакт между мужчиной и женщиной случился бы на небесах, в следствие чего все будущие союзы и там, и во всем мире были бы безгрешными. Люди могли бы управлять своими гениталиями так же, как они управляют другими органами, и могли бы остановить «зуд плоти» так же, как руку, тянущую в рот излишнее количество пищи.
4b9ca4cc4bd1
Поскольку же прародители человества поддались бездумному соблазну, то в результате имела место быть сластолюбие, грех. Выход был найден: брак. «Жена никому не должна давать власть над своим телом, кроме как мужу, и муж – никому, кроме жены, и они не должны отказывать друг другу, кроме как в моменты молитвы, и так должно быть, чтобы Сатана не искушал вас потерей контроля», - так писал св. Павел.(Апостол Павел, как и апостол Петр, много потрудился в распространении Христовой веры и справедливо почитается вместе с ним «столпом» Церкви Христовой и первоверховным апостолом. Они оба мученически скончались в Риме при императоре Нероне, и их память празднуется в один день)
Самоконтроль и его отсутствие, вот в чем, оказывается, была суть «первородного греха». Не то, что Ева согрешила с Адамом, а то, что она сделала это с подачи змея-искусителя.
средневековая церковь довольно мирно сосуществовала с медициной, и даже способствовала ее распространению среди малообразованного или вовсе необразованного населения. Пожалуй, единственым подводным камнем в отношениях теологии с медициной в раннем средневековье был вопрос об анатомическом вмешательстве, что считалось церковью недопустимым. В частности, церковь рекомендовала использование кожуры хемлока(хвойное дерево) при соитии в качестве контрацепта, регулирующего рождаемость.
aa84ff2dafcf
В средние века доминировали две медицинских теории о женской сути: теория Аристотеля, который, грубо говоря, считал женщину дефективным мужчиной («она имеет внутри то, что мужчина имеет снаружи»), и Галена, который давал женщине в сексе равенство, утверждая, что есть мужское и женское семя, соединение которых приводит к беременности. %-)
Затем, в ходу было учение Гиппократа с его деление всего мира и организма человека на элементы. Труды Гиппократа утверждали, что мужчина суше и горячее, чем женщина, что дает ему большую моральную стойкость. Женщина же – существо более холодное и влажное, чем объясняется ее большая потребность во сне, более слабое здоровье, и большая сексуальная потребность.
О том, какой следует воспринимать женщину, решали мужчины!
Наибольшая ирония состоит в том, что всю эту массу полезных теоретических заключений написали и продискутировали мужчины, от всякого секса далекие, так как принадлежали они к духовному сословию и жили in celibacy. (MirrinMinttu) http://mirrinminttu.diary.ru/?tags=

Церковь пыталась ограничить все, что могло искушать разум и тело, в том числе, и одежду.
Длинные рукава и юбки - этим отличалась одежда времен Средневековья. Женщины были вынуждены скрывать свою красоту несколько сотен лет, не имея право полностью обнажаться даже под покровом ночи в спальне. Гораздо больше в этом плане повезло мужчинам.
bdf088c45fd4
В средневековых деревнях и городах у мужчин всегда были способы выразить свою мужественность и плодовитость.
Если в селах таким показателем являлось количество его детей и женщин, то в городах – определенные предметы одежды.
Так, например, длина обуви отражала степень мужественности: чем длиннее носок, тем плодовитее мужчина!
Такая обувь называлась пулены и была очень популярна в средневековой Европе.
c8ec10fe7648
Чтобы еще больше подчеркнуть сходство и придать пуленам вид, мужчины набивали удлиненные острые носки шерстью, льном, мхом и конским волосом.
При знакомстве молодые юноши размахивали перед девушками носами пулен, показывая тем самым нескромные намерения.
Некоторые мужчины достигали этой же самой цели немного другим способом.
Они, наоборот, оставляли удлиненные носки полыми и на их окончания подвешивали маленькие колокольчики.
При ходьбе «концы» свободно болтались и во всеуслышание сообщали о приближении юноши.
Подобное выражение сексуальной заинтересованности можно было встретить и на многочисленных банкетах, во время которых мужчина дотрагивался ногой до ноги симпатичной девушки, сидящей за столом напротив.
Венский художник Витторе Карпаччо (Vittore Carpaccio) в своих произведениях изображал пулены с очень высокими завитками, специально для соблазнения женщин.
Церковь такую обувь называла «когтем дьявола» и именно ее объявила причиной в возникновении чумы в 1347 году.

Принято называть европейское средневековье "мрачным". Голод, болезни, публичные казни, антисанитария – пожалуй, так всё это было…
Но разве не тогда месяцами, при свече, монахи терпеливо переписывали и украшали книги со сказаниями о любви Тристана и Изольды, Элоизы и Абеляра, любви Джауфре Рюделя к графине Триполи…
Разве не тогда потянулись к небу кружевные башни и шпили готических соборов и засияли сказочным светом цветные витражи?
И если даже всё, что ставят в упрёк средневековью – правда, то подумаем, что вызывало антисанитарную скученность в городах и способствовало пожару эпидемий? Верно, перенаселение. И вовсе не за счёт мигрантов из Азии и Африки. И это значит – люди много, часто и активно занимались сексом. И значит – не так уж они были несчастливы, и уж точно не одиноки…
На заре Средневековья сексуальные предпочтения были просты и незатейливы: в женщинах ценилась стать и плодовитость. О способности женщины к воспроизведению потомства говорили, прежде всего, широкие бёдра и развитая грудь.
Потому модницы романской эпохи носили прямые платья, узкие в боках, недвусмысленно подчеркивая свою женскую привлекательность плотным поясом на бёдрах, узел которого располагался чуть ниже живота. Этот приём неплохо работал, судя по тому, что только в течение XI века население, например, Парижа выросло в 12 (!) раз, притом, что с 907 по 1040 в Западной Европе было 28 голодных лет, когда люди массово гибли от голода, не считая войн и тяжелых болезней.
В крови средневековых мужчин и женщин, как сказал бы поэт, "горел огонь желаний", причём постоянно, несмотря ни на что. Предполагается, что виной всему приверженность средневековой кухни пряностям, разогревающим, как известно, сердца и все остальные части тела.
Однако доступны они были немногим, следовательно, разгадка средневекового помешательства на сексе лежит в другой области. Скорее всего, христианская мораль, объявившая сексуальное наслаждение грешным, способствовала особенной сладости запретного плода…
В период Высокого средневековья сексуальное напряжение общества достигло своего предела. Разумеется, само общество пыталось как-то регулировать и направлять захлёстывающие разум потоки сладострастия, но без особого успеха. Как писали хронисты, "дьявол раскидывал сети повсюду и улавливал души человеческие".
Распространение монастырей и монастырских школ обуславливало свои пороки. По школьному уставу того времени учителю строго предписывалось сопровождать ученика ночью на двор – справить нужду – непременно с зажжённым фонарём и только в присутствии третьего лица. Само собой, и компания, и иллюминация предназначались во избежание содомского греха…
"Традиционные" отношения тоже пытались очистить от скверны сатанинских искушений. Дабы пресечь "распутство", набравшее обороты после 1000 г., когда народ не дождался Страшного суда и вконец расслабился, Церковь и Мораль перешли в наступление на всех фронтах.
На моде того времени это отразилось возникновением головных уборов для замужних женщин, закрывающих волосы и лицо до подбородка (подобные уборы до недавнего времени носили монахини некоторых католических орденов). Женская одежда стала более свободной. Но не настолько свободной, чтобы превратиться в крылья и вознести свою обладательницу в небеса…
И тогда физическое напряжение плюс религиозная экзальтация плюс извечная тяга человека к прекрасному произвели на свет феномен куртуазной любви – идею непорочного обожания Прекрасной дамы и служения ей. Насколько это обожание было непорочным, с уверенностью сказать трудно. Да и всё это здорово смахивало на фетишизм.
Большинству же вздохи о благородной недоступной красавице не мешали предаваться естественным удовольствиям с более доступными красавицами, пусть и не такими благородными. И наряду с поэзией Бернарта де Вентадорна дамы и господа наслаждались и песней Carmina Burana, содержащей и такие строки:
Я дрожу на сладостном пороге…
Предчувствую, предведаю
Блаженную победу я
…И вот вхожу в Венерины чертоги
Увы, и естественность перестаёт быть достоинством в своё время, как это случилось в период Позднего средневековья, с XIV века. Книги о путешествиях Марко Поло и рассказы крестоносцев о диковинных странах и обычаях с привкусом пряной экзотической эротики сместили с пьедестала романтическую поэзию. Интерес ко всему необычному и восторг перед ним породили странную моду, странный этикет, странные вкусы и странный идеал – куклоподобную женщину-девочку.
Новый взгляд на эротику и секс открыл иные возможности наслаждения. Кроме традиционных бань, где нередко вместе мылись мужчины и женщины, стало модно посещать купальни у источников – где опять же, в обнажённом виде тусовались все вместе, как это видно на картине Лукаса Кранаха Старшего.
Яркую зарисовку нравов тех времён даёт "Декамерон" - да и начинается он весело: чума, понимаете ли, свирепствует в городе, а десять человек отправляются на лоно природы, дабы наслаждаться там жизнью "покуда живы". Неуёмную жажду секса не могла остановить даже чума…
Да что чума – даже физическое уродство не было препятствием. Иногда, как в случае с придворным карликом Карла V Тевенином де Сен-Лежье, чьё уродство возбуждало изощрённость дам. А у мужчин чаще просто не было выбора… Вековая деградация населения Европы вследствие скверного питания и болезней сделала своё дело: кривоногие малорослые мужчины и сами не блистали красотой, но тяжелее всего это отразилось на женщинах. Однако это вовсе не обрекало их на вечное целомудрие.
Сохранились записи судебного процесса по расторжению брака принцессы Жанны Французской и герцога Орлеанского. В надежде, что горбатая, кривобокая, с ногами разной длины, принцесса не сможет иметь детей, и у герцога не будет законных наследников, король, её отец, устроил этот брак. Когда он умер, герцог захотел развестись. На обвинение в фиктивности брака принцесса назвала более тридцати фактов своих супружеских отношений с мужем, подтверждённых им не без смущения.
А на предположение невозможности быть матерью возразила: "Жена моего шталмейстера Жоржа сложена хуже меня, а рожает здоровых детей…" - и тут же была предъявлена и жена – "хуже сложённая" (!), и её дети, числом девять, и сам Жорж. Был ли упомянутый Жорж извращенцем, или просто не имел альтернативы – история умалчивает…
Но картина средневекового секса была бы неполной без комментария современников. Обратимся, например, к Кристине Пизанской: "Как всё просто на Земле: мужчина обнимает женщину, когда же она, воспламенённая своим естеством, или уступая силе и необходимости, отдаётся ему, он отворачивается и храпит. А потом бесстыдно рассказывает приятелям о её прелестях".
…И что же изменилось с тех пор?

Тридцать один параграф средневекового кодекса любви по-французски
http://www.antiquatoria.ru/n25-love.html
Общество взрослело не в одночасье — в корзину истории угодило немало искалеченных жизней и прерванных судеб. Невозможно сосчитать всех тех, кого не пощадила молва и ханжеское порицание общественного мнения. О, вожделенное право на неприкосновенность частной жизни; право на личную и семейную тайну; право на защиту своей чести и доброго имени; право на свободу совести и свободу вероисповедания; право на судебную защиту и правосудие! Какую цену надо заплатить, чтобы обрести маленький островок мира в беспокойном море житейских волн? Ответ на этот вопрос, увы, пока еще не найден…
В наши дни понятие о правах человека кажется чем-то само собой разумеющимся, а ведь так было не всегда. Эпоха буржуазных революций XIX века заронила зерно сомнения в правильности мироустройства общества. Именно Франция первой проснулась от многовекового сна, именно там впервые попытались сформулировать правовой статус человека по отношению к государству и заговорили о праве личности на равные права и возможности, законодательно закрепив на практике принцип равноправия женщин и мужчин. Именно на славных французских берегах бесправная прекрасная половина человечества получила равные с мужчинами права во всех областях хозяйственной, государственной, культурной и общественно-политической жизни; в том числе равные права на труд, получение образования и социального обеспечения.
Однако и у французского законотворчества есть своя родословная. Ещё в эпоху мрачного Средневековья всё та же Франция на рубеже 1150-1200 годов пыталась, и даже успешно решала вопросы актуальные для человека живущего и в XXI веке. Тогда, в период правления Капетингов — третьей великой династии Франции, появились и достаточно долго действовали «Суды Любви».
Основным источником, благодаря которому мы можем составить свое представление об этом уникальном явлении, стали рукописи трактира «О любви», составленные Андреем — капелланом французского короля. Увы, доподлинно неизвестно, кто из королей был его непосредственным патроном. Им мог быть как старый король Людовик VII, так и молодой Филипп II Август. Хотя содержание книги подтверждает, что сочинитель был ближе все-таки не к столичному кругу.
Андрею Капеллану покровительствовала Алиенора Аквитанская, состоявшая в первом браке с Людовиком VII Французским, а во втором — с Генрихом II Английским. Дворы ее дочери графини Марии Шампанской и племянницы графини Изабеллы Фландрской в Пуатье, Труа и Аррасе, являлись самыми блестящими центрами куртуазной культуры последней трети XII века. В этот период при Шампанском дворе творили такие поэты, как Гас Брюле, Канон Бетюнский и сам Кретьен де Труа.
За все время недолгого существования «Судов Любви» во главе них стояли дамы благородного происхождения; они же и выносили приговоры по вопросам права. Вопреки общепринятым средневековым стандартам этики главную роль здесь играла женщина. Когда иные схоласты всерьез обсуждали нелепый вопрос, обладает ли женщина душой, — тут дамы сполна взяли реванш за свою многовековую приниженность. На светских львицах, принимавших участие в этих судах, лежало бремя организации и руководства столь непростой системой судопроизводства. Согласно принятому и утвержденному «Кодексу» дамы произносили свои приговоры по целому ряду вопросов права в области куртуазной эротики, входивших в их компетенцию, или же относительно некоторых особых случаев, которые любовники подвергали их рассмотрению. Куртуазия не вступала конфликт с церковью, поскольку представляла комплекс моральных и эстетических норм и носила подчеркнуто светский, внецерковный характер. Вот почему на нее иногда смотрели неоднозначно, преследовали ее пропагандистов, а впоследствии запретили и саму книгу Андрея Капеллана.
В этот период времени куртуазия заняла исключительное положение, став новой светской религией средневековой Европы. Здесь были свои ритуалы, своя система ценностей и, конечно же, свое божество — Прекрасная Дама. В куртуазном микрокосме она стала не только предметом восторженного и смиреннейшего поклонения, но и обожествления. Куртуазная культура Западной Европы и Франции в том числе была основана на идеалах рыцарской любви и верности долгу. Согласно куртуазному «табелю о рангах» любовь одинаково доступна всем — и знатным сеньорам, и скромным рыцарям, и простым горожанам. Любовь уравнивает всех.
В любви в куртуазной этике различались четыре ступени: «первая состоит в даровании надежды; вторая — в предложении поцелуя; третья — в наслаждении объятием; четвертая — во всецелом предоставлении себя». Естественно, подобные «шалости» бросали достаточно серьезный вызов сословно-религиозной морали, на которой основывалось средневековое общество.
Некоторые историки склонны относить появление «Судов Любви» к эпохе гораздо более отдаленной, однако факт их существования документально доказан и источники не вызывают сомнений. Хотя, с точки зрения моралистов, правовая и этическая сторона прецедента подобного явления в истории юриспруденции весьма специфична. Впрочем, даже тогда, на рубеже XII-XIII веков, общественное мнение поддержало это учреждение, поскольку для разбора приватных «дел чести» оно работало весьма эффективно. Для принятия решений и вынесения приговора в столь деликатной области человеческих отношений был принят соответствующий «Кодекс Любви» — удивительный документ эпохи Средневековья, весьма впечатляющий и вполне соответствующий правилам о том, как должен выглядеть систематизированный законодательный акт, где содержатся нормы определенной отрасли права.
Достаточно прочитать тридцать один параграф Кодекса Любви XII века, чтобы заметить четкость расположения правовых норм, отражающих систему данной отрасли права. По определению, основы этих правил были привезены во Францию неким британцем, современником короля Артура, от имени царя Любви.
Итак, огласим же эти правила:
КОДЕКС ЛЮБВИ XII ВЕКА
Ссылка на брак не может служить поводом для уклонения от любви.
Кто не умеет хранить тайну, тот не умеет любить.
Никто не может быть влюбленным одновременно в двоих.
Любовь всегда должна либо возрастать, либо уменьшаться.
Никакой нет услады в том, что один из любящих берет у другого насильно.
Мужчина обычно любит лишь после наступления полной половой зрелости.
После смерти одного из любящих другому приписывается вдовство в течение двух лет.
Никто без наличия оснований более чем достаточных, не может быть лишен своих законных прав в любви.
Никто не может любить, если он не поощряется к любви (надеждою на то, что его полюбят).
Обычно любовь изгоняют из дома скупостью.
Не подобает любить ту, которую стыдно было бы взять себе в жены.
Истинный влюбленный желает ласк лишь той женщины, которую любит.
Любовь, ставшая общеизвестной, редко может длиться долгое время.
Слишком легкий успех быстро отнимает всякую привлекательность у любви: препятствия сообщают ей высокую цену.
Каждый любящий бледнеет при виде предмета своей любви.
При неожиданной встрече с любимым трепещут.
Новая любовь изгоняет старую.
Только заслуги делают человека достойным любви.
Угасающая любовь исчезает быстро и редко оживает вновь.
Любовь всегда боязлива.
Благодаря истинной ревности чувство любви непрерывно возрастает.
Подозрения и ревность, из них вытекающая, увеличивают чувство любви.
Меньше спит и меньше ест тот, кого осаждают любовные мысли.
Каждое действие любящего заканчивается мыслью о любимом существе.
Истинная любовь ничего не признает хорошим, кроме того, что по нраву любимому существу.
Любовь ни в чем не может отказать любви.
Любящий не может насытиться обладанием любимой.
Простого предположения достаточно, чтобы любящий начал питать самые мрачные подозрения насчет любимой.
Чрезмерная привычка к наслаждениям мешает зарождению любви.
Истинно любящий постоянно и беспрерывно занят мысленным созерцанием любимого существа.
Ничто не препятствует одной женщине быть любимой двумя мужчинами и одному мужчине — двумя женщинами.
На «Судах Любви» велись своеобразные диспуты о любви — тенцоны. Рассмотрению подлежали различные вопросы куртуазии, как, например: «Возможна ли любовь между людьми, состоящими в браке?» Ответ на этот вопрос сохранился у капеллана Андрея; он содержит одно прошение, поданное графине Шампанской. Как ни странно, но графиня разрешила этот вопрос в отрицательном смысле…
Диспуты, как правило, происходили между рыцарями-поэтами и дамами-поэтессами; если они не могли прийти к соглашению, их спор рассматривали знаменитые дамы-председательницы, руководившие публично разбором дел в судах любви в Сине, Пьерфе, Романене, или в других местах, и выносили приговоры.
Капеллан французского короля Андрей называет следующие любовные суды гасконских дам: Эрменгарды, виконтессы Нарбоннской, королевы Элеоноры, графини Фландрской, графини Шампанской. Вот имена некоторых дам, которые председательствовали в судах любви в Пьерфе и в Сине: Стефанета, владетельница Бо, дочь графа Прованского; Адалария, виконтесса Авиньонская; Алалета, владетельница Онгля; Эрмисенда, владетельница Покьера; Бертрана, владетельница Юргона; Мабиль, владетельница Пьерфе; Бертрана, владетельница Синя; Жосеранда де Клостраль.
Весьма показательно, что в делах куртуазного «судопроизводства» фигурируют имена ставшие легендами эпохи. Как, например, муза Петрарки Лауретта Авиньонская. Лаурета де Сад, прославленная Петраркой, жила в Авиньоне около 1341 года; она обучалась у Фанеты де Гантельм, своей тетки — владетельницы Романена, которая в свое время председательствовала в суде в своем замке Романен. Фанета или Эстефанета, заметно отличавшаяся в поэзии, была одержима исступлением, или божественным вдохновением, каковое почиталось истинным даром Божьим. Обе они — и Лаурета и Фанета — жили в Авиньоне в те времена, когда там пребывал Папский двор. Они предавались литературным трудам, устраивали суды любви и разрешали на них вопросы, которые им задавали и присылали из других мест. Сохранилось свидетельство нескольких весьма прославленных лиц, прибывших в Авиньон с целью посетить папу Иннокентия VI, которые слушали определения и приговоры по делам любви, вынесенные этими дамами, и были удивлены и восхищены их красотой и поражены их любовью.
Форма приговоров на «Судах Любви» в полной мере соответствовала той, которая была принята в судебных учреждениях той эпохи. Гасконский суд объявлял, что его приговоры должны соблюдаться как неизменное установление и что дамы, которые не будут повиноваться им, будут наказаны враждою каждой порядочной дамы. Сейчас трудно судить, в какой мере общественное мнение поддерживало приговоры любовных судов. Бесспорно лишь одно — уклоняться от их исполнения было столь же постыдно, как уклоняться от дела чести.
Виктор Мурзин-Гундоров
Член Всероссийского Геральдического Общества
















ЭТО НИКОГДА НЕ ДОЛЖНО ПОВТОРИТСЯ!!!!!!! (Нажмите)


Жду Ваших комментариев и если материал показался Вам интересным, можете помочь с его распространением. Вы можете поддержать пост нажав кнопку РЕПОСТ и/или на кнопки других лайков в соц. сетях.


Subscribe

  • Мои твиты

    Чт, 11:32: RT @ cgtnrussian: Более 120 отставных адмиралов и генералов США написали открытое письмо, в котором выразили сомнение в честной…

  • Мои твиты

    Ср, 11:42: one person followed me and one person unfollowed me // automatically checked by https://t.co/spPyvZljxz

  • Мои твиты

    Вс, 15:38: RT @ JasonMillerinDC: Yes...yes they are! “Brace yourselves, folks:  Trump's MAGA rallies are coming back” https://t.co/lO3du6LMdJ…

Buy for 10 tokens
Buy promo for minimal price.
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments